Будущее. Какое оно?

Чем занимаются ученики после школы? Хороший вопрос.

Можно ли заглянуть в завтрашний день? Вопрос сложный. Подсказок обнаруживается много, но все они гадательны. Однако есть один объективный индикатор, который почти безошибочно определит наше с вами будущее. Это сегодняшние дети, которые завтра, когда вырастут, станут всё решать и всем руководить. Потому вопрос о том, кто и как воспитывает наших с вами детей – имеет без преувеличения стратегическое значение для страны. А значит, полезно чаще задумываться над вопросом: насколько мы внимательны к своему будущему, то есть к детям? И в том числе важно представлять, чем они занимаются после школьных уроков?

Какие общественные организации работают сегодня в республике с детьми? И вообще, что представляет из себя молодёжное движение Карелии? Это наш первый вопрос координатору юниорского союза «Дорога» Денису Рогаткину.

Денис Рогаткин: — Если углубляться в историю, то детские общественные организации, возникли более ста лет назад. Первыми были скауты. Возникали они по простым причинам: в начале XX века появился такой феномен, как свободное время подростка. Их надо было чем-то занять и скаутские организации оказались самыми подходящими для этого.

Корреспондент: — Похожие организации действовали и в Советском Союзе, ещё многим памятны пионерские дружины, комсомольские отряды. Это были массовые детские общественные организации и редкий школьник в СССР мог уклониться от участия в них. Они были идеологическими по содержанию работы и самораспустились вместе с развалом СССР. А сейчас возможно существование подобных массовых детских организаций?

Д. Рогаткин: — Время больших членских организаций проходит. Остаются организации приспособленные под конкретные запросы детей. На месте прежней пионерской организации или комсомола ничего ведь нового, массового не возникло. Просто потому что время их ушло. В лучшем случае создаётся общее информационное поле. Как пример, Российское движение школьников (РДШ). Когда его структуры создавались в регионах, то некоторые мои коллеги говорили с тревогой, что сейчас всех нас, маленькие детские организации, загонят в него. Я говорил: не бойтесь, мы сохранимся. Структура РДШ создала информационные возможности, но это не организация в традиционном её смысле, это не замена пионерской или комсомольской организации. Что получится из этого движения? Дай бог, что-нибудь полезное.

Корр.: — А свой юниорский союз «Дорога» ты к какому типу организаций относишь?

Д. Рогаткин: — Маленькая, автономная общественная организация. Таких как мы много. Нас справедливо назвать – нишевыми, в том смысле, что каждая из таких организаций занимает свою определённую сферу деятельности, достаточно узкую.

В начале 1990-х годов, когда создавались новые детские организации, у них были прикольные названия типа нашего юниорского союза «Дорога». Ну, что это такое? «Дорога». Что за этим названием стоит? Давайте, возьмём рюкзак, пойдём в лес и у детей глаза станут живыми. Да, действительно, это в общем-то, ради чего мы работаем.

В 2000-х годах появились организации, которые сразу знали для чего они создаются и по их наименованиям уже понятно было, чем они занимаются. Карельский центр добровольчества. Ничего не надо объяснять. Ясно, что организация берёт на себя миссию развития добровольчества в республике.

Корр.: — А из детских общественных организаций, возникших в 1990-х годах, многие к настоящему времени сохранились?

Д. Рогаткин: — Не многие. Скауты выжили, например. Это, кстати, была первая детская общественная организация, зарегистрированная в Карелии. Сначала она называлась «Союз скаутов «Товарищ», потом перерегистрировалась как «Скауты Карелии» и до сих пор под этим именем существует. Сейчас является штаб-квартирой Российский национальной организации «Разведчики скаутов». Больше 20 регионов в её составе объединяются. Следующим летом в Карелии пройдёт большой скаутский слёт под интересным названием — «Джамбори».

Корр.: — Твой юниорский союз «Дорога» работает с 1990-х годов, а ещё какие организации из той поры вспомнишь?

Д. Рогаткин: — «Молодёжное движение Карелии», создавали его Илья Косенков с товарищами. Они прожили какое-то время, а потом их организаторы повзрослели и разошлись по другим сферам деятельности, более им интересным (сейчас И. Косенков руководит Союзом организаций профсоюзов Карелии – ред.). Позже появился Карельский центр добровольчества, который возглавила Дарья Маковецкая.

Корр.: — Это был государственный проект?

Д. Рогаткин: — Нет. Они появились раньше, чем добровольчество стало движением, опекаемым государством. Д. Маковецкая занялась темой добровольчества, ещё учась на старших курсах в университете. Всё время появлялись какие-то инициативные люди, одним из которых хватало сил и энергии задуманное во что-то реально работающее воплотить, другим – нет. Так Борис Мазаев создал подростково-молодёжный клуб «Богатырская застава». Началось с того, что они отыскали в литературе описание русского рукопашного боя «Буза» и начали этот вид боя возрождать. Дети с удовольствием шли в «Богатырскую заставу». Здесь же их стали учить оказывать первую медицинскую помощь. Очень полезные знания для любого человека. Сейчас богатыри Мазаева дежурят на наших массовых мероприятиях.

Создан был педагогический отряд «Параллели» Ирины Рынкевич. Тут, правда, другая история. Здесь собрались те, кто занимаются разработкой педагогических методик для работы с молодёжью и подростками.

Корр.: — Это всё петрозаводские организации. А какая-то всех объединяющая в республике организация имеется? Наверное, не точно сказал, не объединяющая, а координирующая, если понимать «детское движение» как образовательный поток?

Д. Рогаткин: — У нас есть «Союз детских и молодёжных общественных объединений Карелии». Все организации, которые я перечислял, входят в него. Здесь же ещё и «Карельский фонд развития образования» (создавал его Геннадий Сараев, сейчас работающий уполномоченным по правам ребёнка в Карелии – ред.). Но нет задачи всем объединиться. Каждая общественная организация работает сама по себе, в своей нише, но во взаимодействии друг с другом. Для нас обычное дело — общие проекты.

Корр.: — Имеешь в виду, грантовые проекты?

Д. Рогаткин: — Да, о них речь. Фонд президентских грантов, проводя конкурсы проектов, поддерживает детские и молодёжные организации. Те из них, которые территориально находятся в Детском юношеском центре Петрозаводска, реализуют президентских грантов в сумме где-то на 20 миллионов рублей в год. Одни проекты заканчиваются, другие начинаются. Пять-семь проектов в год, как минимум, мы выполняем. Каждая организация пишет проект для себя, но затем мы кооперируемся и поддерживаем друг друга.

Корр.: — А вот ты говорил об общем проекте, одном на всех, о чём речь, расскажи?

Д. Рогаткин: — Называется он «Проявка», это проект для активных старшеклассников. Идея его простая: старшеклассники — это такие люди, которые часто не знают, чего хотят? И, обсуждая тему «неведения», возникла ассоциация, что у старшеклассников в сознании уже есть что-то, но это как непроявленная негативная фотоплёнка. Они сами не знают, что могут, где нужны, какие у них способности и где их можно применить? «Проявка» помогает пройти годичную образовательную игру, в разных делах себя испытав, помаленьку разбираясь в себе — к чему душа больше лежит.

Корр.: — И с чего начинается «проявление» скрытых возможностей?

Д. Рогаткин: — Как и в жизни, с формирования команды. Этот этап так и называется – «Команда». Старшеклассники учатся работать в команде, слышать друг друга, подчиняться общему решению, брать на себя лидерские функции. Целая серия занятий проходит.

Потом начинается второй этап — «Общество», когда мы предоставляем участникам возможность поработать в общественных организациях, действующих под крышей Детского юношеского центра. В качестве добровольцев они включатся в проектную работу общественных организаций, начиная понимать, что такое гражданская самодеятельность, чем занимаются некоммерческие общественные организации и почему они нужны людям?

В процессе работы они получают базовые представления об обществе, в которым живут, как в него встроиться после того как закончат школу.

Затем идёт этап «Бизнес», когда они направляются на стажировки в коммерческие фирмы. Подыскиваем такие организации, где умеют работать с молодёжью. Кстати, иногда и сами бизнесмены от такого общения выигрывают, когда старшеклассники им что-то полезное подсказывают, у нас были такие случаи.

И, наконец, они попадают во «Власть», так называется очередной этап. Участникам от лица горожан придётся формулировать задачи, которые петрозаводчане ставят перед руководством муниципалитетов, и затем предложить свои способы их решения. Как показал прошлый опыт — не простая задача быть чиновником.

Корр.: — И давно работает проект «Проявка»?

Д. Рогаткин: — Впервые мы запустили его в 2017-2018 годах. Потом на смену ему пришёл проект «Кругозорро», который в этом году завершается. Он тоже на старшеклассников рассчитан. Проводим для них трёхмесячные курсы по разным темам, больше тридцати их. Программа обучения формируется по предложениям самих старшеклассников. У них имеется возможность попробовать себя в одном деле, потом – в другом, затем – в третьем. Тут опять главная задача – ненавязчиво поискать предмет для завтрашнего приложения сил.

В новом сезоне, 2019-2020 г., опять вернулись к «Проявке». Причём в этом году курс проходит не только в Петрозаводске, но ещё и в городе Кандалакше (в Мурманской области – ред.), где коллеги позаимствовали нашу образовательную технологию. Кандалакшский городской Молодёжный центр повторил наш опыт. И мы с ними уже поняли, что нам лучше вместе работать, и в новом конкурсе президентских грантов участвовали уже как партнёры, в результате наш межрегиональный проект победил.

Корр.: — Все ли старшеклассники, начинающие обучаться, проходят все этапы? Ведь не исключено, что кто-то заскучает и ему не захочется двигаться по этапам. Так бывает?

Д. Рогаткин: — Поскольку это игра, то мы придумываем различные «морковки», которые удерживают ребят в ней. На каждом этапе они зарабатывают балы и знают, что у кого больше балов, тот на большую награду сможет рассчитывать в итоге. Кто-то сможет стать участником международного школьного лагеря в Финляндии, а кто-то съездить к нашим партнёрам в Кандалакшу. А когда они втягиваются в игру, увлекаются ею, находят друзей для себя, то понимают, что тот первый мотив, ради которого они пришли на «Проявку», уже мало что для них значит. И ценностью становится совершенно другое – общение друг с другом. Им не хватает общения, серьёзного, взрослого разговора со взрослыми и возможность попробовать себя в чём-то новом. Они получают здесь жизненный опыт.

Корр.: — Денис, а когда ребята по ходу игры знакомятся с деятельностью общественных организаций, они вступают в них, такое бывает?

Д. Рогаткин: — Мы не ставим перед собой задачу вовлекать школьников в деятельность организаций, сделать их членами той или иной общественной организации. И у школьников нет необходимости оформлять своё членство, им становится важнее участвовать в проектах.

Корр.: — В районах Карелии у вас есть союзники?

Д. Рогаткин: — Если имеются в районах активисты, то это, как правило, универсалы, которые всем сразу занимаются. И мы рады, если они в наши проекты включаются.

Корр.: — Гранты, которые выигрывают общественные объединения, действующие на базе Петрозаводского Детского юношеского центра, они укрепляют их организационно.

Д. Рогаткин: — Сложно однозначно ответить. Ну, например, почти все проекты скаутов были не про скаутов, а про работу с трудными подростками. Сергей Воздвиженский стал брать трудных подростков и возить их на острова, после чего этот плохо управляемый народ стали снимать с учёта как трудных подростков. Они свой экстрим выплёскивали в одобряемых формах в командной приключенческой игре. Экстремальный туризм оказался очень даже действенным воспитательным средством.

Благодаря Фонду президентских грантов у скаутов появилась возможность делать проекты направленные именно на продвижение скаутского движения, потому что у родителей есть большой запрос на то, чтобы оторвать своих детей от компьютеров и гаджетов, чтобы ребёнок начал общаться со сверстниками, надел бы рюкзак, пошёл в поход, чтобы у него были приключения и появились друзья. И вот скаутинг это как раз игра во всё это, причём начиная с самого маленького возраста. В следующем году скауты будут проводить в Карелии свой слёт, получен грант на 10 миллионов рублей. Последний такой проходил в Карелии больше десяти лет назад, в 2007 г.

Клуб «Богатырская застава» сориентирован на обучение школьников и студентов первой медицинской помощи. Уже два президентских гранта клуб выиграл, а сейчас Борис Мазаев выиграл грант на проведение городской игры «Зарница». Все наши общественные организации будут этим заниматься. Благодаря этому гранту, у нас в Петрозаводске появится электронный тир.

У «Дороги», которой я руковожу, идут большие проекты, связанные со школьным телевидением.

Корр.: — А как возникла идея создать школьное телевидение на базе Детского юношеского центра?

Д. Рогаткин: — Это давняя история. Когда-то мы с телекомпанией «Петронет» начали делать свои телевизионные проекты, была такая передача правозащитной направленности «Школа — территория закона». К тому времени в Детском юношеском центре появились свои компьютеры и видеокамеры и мы подумали: почему бы не делать собственную телепередачу? Она прожила два сезона – 2003-2005 годы.

С 2005 года стали делать программу, которая и сейчас идёт, называется она «После школы». Рассказывали о детских организациях, работающих в Петрозаводске. Наши десятиминутки каждый понедельник выходят на телеканале «ТНТ- Онего». Хотя сейчас мало кто их видит, так как мало кто остался на эфирной волне. Но дети хотят этим заниматься и я не закрываю проект.

После того как мы создали собственную телестудию в 2015 году, то предложили петрозаводским школам делать их телепрограммы на нашей технической базе. Тогда из обсуждений и родилась городская программа поддержки школьного телевидения.

Корр.: — И что, в каждой школе Петрозаводска появились свои телевизионные редакции?

Д. Рогаткин: — Нет, конечно, всё зависит от того имеется ли в школе педагог, желающий этим заниматься.

Корр.: — И сколько у вас партнёрских школьных телестудий сейчас?

Д. Рогаткин: — Всего две. А когда начинали, было восемь. После того как мы создали в ДЮЦ медиа класс с отличным техническим оборудованием, думаю, больше желающих появится заниматься школьным телевидением.

Корр.: — Давно медиа класс открыт?

Д. Рогаткин: — Только что. Первый раз мы выиграли грант и получили три миллиона рублей на школьное телевидение в 2017 году И наш проект, что называется, попал тогда в «яблочко», он даже вошёл в топ-100 проектов в рамках президентских грантов 2017 года. В прошлом году мы его завершили, итогом стала общероссийская конференцию по школьному телевидению. До этого к нам приезжали команды из разных регионов, работали в нашей студии. Мы создали обучающий дистанционный курс по детскому телевидению для руководителей (педагогов).

Для организаторов школьного ТВ прочитали курс лекций и выдавали им сертификаты. Это вообще впервые такое было в стране, когда вместе собрались руководители школьного телевидения. Вся Россия! Больше 50 человек приехали в Петрозаводск.

А медиа класс открыли на деньги другого проекта, называется который «Энтузиасты школьного ТВ» (летом начался он). Грант больше чем на семь миллионов рублей. Естественно, деньги эти идут не только на оборудование медиа класса, на них мы провели конференцию, летом организуем большой слёт для участников школьного телевидения. Только что в Петрозаводск приезжали на трёхдневную конференцию 55 человек из 23 регионов.

Корр.: — Столько сил и средств тратится, чтобы подготовить школьников к журналисткой профессии?

Д. Рогаткин: — Школьное телевидение нас интересует как образовательная технология. Задача не в том, чтобы дети делали телепрограммы, гораздо важнее, что когда ученик занимается школьным телевидением, то учится общаться, работать с информацией и т.д. Школьники учатся организовывать себя и преодолевать трудности. Учатся работать в команде. Технология позволят раскрыть новые возможности детей, не журналистов выращиваем, а учим общаться. Ровно то же самое происходит и во всех других проектах. Они взрослеют, а мы условия им для этого создаём.

Беседовал Анатолий Цыганков

Будьте первым, кто оставит отзыв на статью "Будущее. Какое оно?"

Оставьте ваш комментарий